Вознесенский храм

Церковь Вознесения Господня (Иоанна Воина)

Церковь: 29 августа 2014 г. образован православный приход.

Престолы: Вознесения Господня, Иоанна Воина.

Архитектурный стиль: Классицизм. Год постройки: 1798

Вместо закрытого кладбища новое было устроено в 1879 году на северо-восточной окраине города вблизи приходской церкви Вознесения, О том, кем и когда была поставлена здесь первая церковь, документы умалчивают. Известно лишь, что стоявшая на этом месте деревянная церковь сгорела, видимо, в начале 1790-х годов, и церковный староста и подрядчик заключили контракт на строительство нового, уже каменного храма: «1796-го года сентября 1 дня Вологотскаго уезда економического ведомства села Коровничева Выпрягова тож, крестьянин Давид Дмитриев сын Плехов договорился в Новгородской губернии города Кириллова церкви Иоанна Воина со священником Петром Иосифовым с причетником церковным старостой Яковом Семеновым и приходскими людми. По подписанному его высокопреосвященством Гавриилом митрополитом Новгородским и Санкт-Петербургским плану и фасаду, вместо загоревшей Иоановской церкви на том месте, где она была. Из церковного кирпича возвести вновь на сделанном мною фундаменте надлежащего каменную церковь Вознесения господня с приделом внутри оной с алтарем великомученика Иоанна Воина. В длину, вышину, ширину, стены толщину против вышеописаного плану и фасаду в плане производит во всем том планом положены».

Приведенный документ интересен во многих отношениях. Во-первых, он указывает место и называет имя подрядчика, кстати, человека неграмотного. Вместо него контракт подписали священник церкви Николая Чудотворца «что на Палухе» Федор Васильевич Васильев и «каменного дела мастер» из артели Плехова Андреян Семенов. Впоследствии именно этот каменщик и сын Плехова Николай расписывались за подрядчика при получении денег. Во-вторых, помимо общих указаний о следовании утвержденному плану и фасаду, подробно расписаны длина, высота, ширина здания и отдельных его частей.

Средства на строительство данной церкви собирались с помощью «сборной книги» в Кирилловском и Белозерском уездах, но этих денег, видимо, не хватало, и в декабре 1798 года городское общество составило «приговор», который обязывал со следующего года ежегодно давать на церковь из «полавочных» денег, т. е. от торговой пошлины, по 100 рублей 39. По Вознесенской церкви сохранился редкий подбор документов; несколько контрактов на заготовку кирпича и на писание икон, расписки, описи, клировые ведомости. Эти документы тем более любопытны, что многие из них относятся к концу XVIII века. Так, в 1794 году наместник Кирилло-Белозерского монастыря иеромонах Иакинф и казначей того же монастыря иеромонах Платон дали расписку священнику и церковному старосте в том, что «отдается из оного монастыря начищенного из ветхого строения кирпича до двадцати тысяч, в каждую тысячу полагая по девяти сот целого и по сту кирпичей половину, за каждую тысячу по пяти рублей, за который кирпич и получено ныне наперед задаток пятьдесят рублей…» 40. Речь, по-видимому, шла о кирпиче от рухнувшей в монастыре Косой башни. Традиция разборки строений и использования старого кирпича в новом строительстве исчезла уже в наше время, вероятно, из-за очень плохого качества материала. Тогда же очищенный кирпич ценился не меньше нового, что видно из другого, близкого по времени к процитированной расписке документа. Староста Вознесенской церкви в 1808 году подписал договор с кирилловским мещанином А. Талицким на резку и обжиг кирпича, поскольку надо было делать церковную ограду, ремонтировать печи. По этому договору подрядчик обязуется «в своих сараех вырезать кирпича пять тысяч длиною изобжечь семи верхов, попереч четырех, толщиною двух верхов. И обжечь… в своей зделанной печи своими дровами, по обжиге весь бы алой и красной издал…» . Цена нового кирпича такая же, как и старого — 5 рублей за тысячу.

Вознесенская церковь, как и городской собор, состояла из теплого и холодного отделений. Престолы каменной церкви остались с тем же посвящением, что и в прежней деревянной; в холодной-Вознесения, в теплой — великомученика Иоанна Воина, Основные строительные работы и освящение одного из отделений, по сведениям клировой ведомости, относятся к 1798 году. Вместе с тем расписки в получении денег от 18 сентября 1803 года свидетельствует, что какая-то часть работ была не закончена и продолжалась в дальнейшем. То, что службы могли начаться в 1798 году, доказывает и расписка старосты в получении колоколов из Кирилло-Белозерского монастыря. Как известно, лишенному указом о секуляризации многих привилегий и угодий, монастырю пришлось избавляться от «лишнего» имущества, поэтому в июне 1798 года пять колоколов общим весом 20 пудов 35 фунтов были проданы приходской церкви . Это очень небольшие колокола, но можно допустить, что кое-что уцелело и от прежнего состава с колокольни Вознесенской церкви. Купленные в монастыре колокола могли пойти «в промен» или переплавку при изготовлении колокола больших размеров.

Опись имущества церкви Вознесения за 1828 год перечисляет уже только четыре колокола, самый большой из которых весил 21 пуд 15 фунтов, затем следуют два колокола — в два и один с небольшим пуда и четвертый — 31 фунт весом 43.

Церковь Вознесения — небольшой, продолговатый в плане храм с куполом, посаженным в центре основного объема и трехъярусной приземистой колокольней над притвором, окна арочной формы с архивольтами суховатого рисунка. Средние прясла южной и северной стен акцентированы пилястрами и фронтоном. Углы основного объема подчеркнуты рустовкой.

Сохранились два чертежа Вознесенской церкви 1850 и 1863 годов 44. Появление первого связано с устройством вокруг храма ограды на кирпичных столбах, а второго — со строительством по сторонам колокольни одноэтажных пристроек под сторожку и кладовую. Как уже отмечалось, епархиальное управление очень пристально наблюдало за архитектурным обликом храмов и часовен. Любой, самый незначительный ремонт, а тем более перестройки осуществлялись только с согласия высокого начальства, что влекло за собой, помимо официальных прошений, еще и представление чертежей. О мастерах, делавших интерьеры данной церкви, сведений не сохранилось, но можно предполагать, что выполнялись они местными силами. Упоминаемая опись 1828 года дает нам следующие сведения об иконостасах; «Иконостас столярной работы на красках, цвету пурпуровского, с 6-ю колонками, в приличных местах с резьбою, над царскими вратами сияние, свыше оного два ангела резные». Решетчатые царские врата традиционно имели изображения «Благовещения» и евангелистов. На пономарских и дьяческих вратах были изображены архангелы Михаил и Гавриил, кроме троих врат, в нижний ряд иконостаса входило еще 7-8 икон, в том числе и образ Кирилла Белозерского, который присутствовал во всех местных храмах. Второй ярус иконостаса состоял из пяти круглых клейм с изображениями праздников. Иконостас в приделе Иоанна Воина был, по-видимому, одноярусным.

В 1866 году церковный причт провел основательные ремонтные  работы. Первого августа этого года был заключен контракт с вологодским цеховым мастером Прокопием Аполлоновичем Пастуховым но устройство в приделе иконостаса «с орнаментами и аркой по чертежам… вызолотить по прочному полименту червонным золотом». Помимо устройства и золочения иконостаса, Пастухов обязался окрасить также стены, полы, своды, двери, окна изнутри и снаружи. Установку иконостаса и все договорные работы Пастухов закончил через год к оговоренному контрактом сроку и получил 1100 рублей.

Другой контракт 1866 года связан с изготовлением икон: «Санкт-Петербургского временного цеха мастер иконописец Петр Иоанов Наговицин и Кирилловский градской Вознесенской церкви церковный староста Кирилловский купеческий сын Алексей Иванов Башнин заключили сие предварительное условие в том, что я Наговицин подрядился сделать по данному мне и подписанному самим Башниным рисунку, величине и размеру икон какия назначены имена святых, Иконы должны быть написаны в греческом виде, как головки, так и платья, писанныя лучшими, прочными маслеными красками. Фон и поля у икон должны быть вызолочены.. Икон местных 21, клейм 31… Вышеозначенные иконы обязуюсь приготовить к 1 февраля 1868 года и упаковать в ящики на мой счет…, до г. Кириллова провоз должен быть Башнина. За вышеозначенные иконы мне Наговицину получить с него Башнина 1000 рублей серебром». По неизвестным причинам договор с Наговицыным был расторгнут, о чем на этом же документе ниже основного текста есть запись от 20 декабря 1867 года. Предложенный иконописцу рисунок, видимо, давал представление о форме и местонахождении икон в иконостасе. Местный ряд, судя по перечню, предполагался из икон традиционного, прямоугольного формата, а выше размещались круглые либо овальные клейма.

Упоминаемый в контракте староста А. И. Башнин являлся одним из членов известного в Кирилловском и Белозерском уездах рода-резчиков и позолотчиков, работавших на местный рынок. Есть сведения об одном из Башниных, работавшем по заказу в Ферапонтове еще в конце XVIII века. Известно также, что сын вышеназванного Алексея Иван в 1912 году выполнял заказ одной из уездных церквей, о чем сообщалось в Новгородских Епархиальных ведомостях 50. Городские старожилы еще помнят деревянный дом Башнина в Солдатской слободе (ныне ул. Гагарина). В его нижнем этаже находилась небольшая лавочка, где продавались резные киоты и другие украшения для икон.

Вознесенская церковь, будучи приходской, одновременно являлась и кладбищенской. Кладбище получило название «Ивановского», так как церковь больше именовалась в городе по ее приделу — Иоанна Воина, — чем своим официальным названием. В обиходной речи горожан еще недавно можно было слышать такие выражения «понесли к Ивану Воину», «пора к Ивану Воину», что означало путь к последнему земному пристанищу. В 1885 году на кладбище поставили небольшую каменную часовню, где и стали совершать отпевания. Церковь, часовня, кладбище уцелели. Вознесенская церковь сохранила даже колокольню и по праву считается одним из старейших каменных строений в городе.

Источник: статья Ивановой Галины Олеговны, основанная на архивных данных. http://www.kirmuseum.ru/issue/article.php?ID=2154

В Кириллове восстанавливается Вознесенский храм

(433)